Заметки на полях протоколов 16–го по счету и первого в отечественной истории домашнего чемпионата мира
Рахмат, Казань!
Глава города обещал подумать
Чемпионат только набирал обороты, когда Ильсур Метшин, мэр Казани, устроил прием для прессы. В конечном успехе он не сомневался и поделился с журналистами еще более дерзновенными планами: «Мы бы хотели собрать все международные мероприятия, включая Экспо и Олимпиаду. Любое из них позволяет Казани обрести новых друзей, партнеров. На сто процентов уверен: Олимпиада у нас будет. Наш город дорастет до такого уровня». Когда мэр рассказывал о том, как благотворно повлияли такие форумы на облик Казани, в частности на спортивную его инфраструктуру, я обратил внимание, что, упомянув о десятках новых ФОКов, футбольных полей и ледовых площадок, он ни словом не обмолвился о бассейнах. Не 50-метровых (их здесь аж три – на зависть большинству других региональных столиц), а самых простых и доступных для сторонников здорового образа жизни. Понимая, что застолье – не лучшее место для обсуждения подобных тем, я все же поинтересовался, почему? Выяснилось, что массовая «бассейнизация» Казани не ведется и не планируется. Основная причина – ограниченность городского бюджета. По версии Метшина, такие проекты чересчур затратны. Но после того как я возразил, что это заблуждение: по сочетанию цены и качества (то есть отдачи) бассейны – вне конкуренции, мэр обещал подумать. Позже мне довелось встретить Яну Мартынову, самую титулованную казанскую пловчиху. Вице-чемпионка мира 2007 года, к сожалению не только земляков, не смогла стартовать на своей воде из-за травмы. Так вот она утверждает: в плавание пришла потому лишь, что жила рядом с бассейном. Я это к тому, что, будь в ее родном городе больше бассейнов, Татарстан был бы представлен на чемпионате не четырьмя, а как минимум – десятком пловцов. Не говоря уж об очевидной пользе для здоровья многих тысяч горожан.
Взгляд с трибуны почета
В Казани многое попадало под рубрику «впервые». Скажем, «Парк ФИНА», органично дополнивший зрелищное меню. Меня же больше заинтересовал десант ветеранов отечественного плавания, среди которых оказалось немало героев очерков, опубликованных в нашей газете. Его сформировал Совет старейшин, недавно созданный при ВФП, а все расходы взяла на себя федерация.
– Вы, насколько я знаю, не пропускаете ни одного мирового чемпионата. А как отнеслись к идее посмотреть на звезд нынешних другие корифеи былых времен? – уже после возвращения в Москву задаю вопрос Виктору Мазанову, председателю Совета, обладателю трех олимпийских медалей образца 1968 и 1972 годов.
– Естественно, с энтузиазмом. Как упустить такой шанс окунуться в атмосферу мирового плавания! Другое дело, что не все смогли им воспользоваться. Возраст сказывается. Например, приболел Леонид Барбиер, один из заводил ветеранского движения.
– И как вас приняла Казань?
– Все было организовано достойно: нас встретили, разместили в отдельных номерах, передвигались мы на выделенном автобусе, а за соревнованиями наблюдали с трибуны для почетных гостей.
– Вам есть с чем сравнивать. Как оцениваете увиденное?
– Первое, что хочу отметить, это высочайший уровень организации. Как специалист не только по плаванию, но и по строительной части ставлю высший бал по десятибалльной системе «Казань-Арене». Она была очень грамотно трансформирована, причем не в один бассейн, а в два. Идеальные условия как для спортсменов, так и для зрителей. Ничего подобного не было даже на Играх в Лондоне.
– Как компетентный зритель на что обратили внимание?
– Заметен прогресс технического арсенала пловцов. Прежде всего на старте и при поворотах. Сэкономленные за счет этого доли секунды и дают высокие результаты. После отмены гидрокостюмов был период застоя, сейчас спортсмены его преодолели, мобилизовав другие скоростные резервы.
– Стало быть, ожидания ваши и ваших коллег-ветеранов оправдались?
– Безусловно. С одной ремаркой: от хозяев чемпионата мы ждали большего. Вместе с тем для пессимизма нет оснований. Те четвертые места, которые наши занимали, и мировые рекорды юниоров – это отличная заявка на ближайшее будущее.
Разведка боем
И все же от чисто спортивного резюме мне не отвертеться. Развивая мысль Мазанова, хочу поделиться впечатлением от дерзости нашей молодежи. Дебютанты чемпионата, вчерашние юниоры или даже еще не успевшие перешагнуть этот возрастной порог, бились, как правило, на пределе возможностей, обновляя свои личные достижения, а то и мировые. Имею в виду не только спиниста Женю Рылова, прорвавшегося в финал на 100 м и приплывшего третьим. Того самого «чемпиона из Развилки», о котором я писал в начале этого сезона, не подозревая, что ему так скоро удастся выиграть два золота чемпионата страны и бронзу – мирового. Не могу не отметить и его коллегу по стилю Гришу Тарасевича, который дважды улучшал свои рекорды, хотя и остался за бортом финала. С этой задачей справились Саша Красных, для чего ему пришлось сбросить с личного достижения на 200 м кролем, установленного утром, почти полсекунды, Кирилл Пригода, разменявший минуту на 100 м брассом, и Антон Чупков, на дистанции вдвое длиннее тем же стилем обновивший мировой рекорд для юниоров. Вряд ли кому-то придет в голову упрекать 16-летнюю Иру Приходько, что она не прошла дальше полуфинала на 200 м на спине. Ведь она тоже резко подняла личную планку. Всего 17 недавно исполнилось Даше Устиновой, которую прочат в преемницы Анастасии Зуевой. В Казани девушка явно перегорела на 50 м, но на 200 м отметилась тремя подряд мировыми достижениями. И перечень новых имен этими не ограничен… Накануне чемпионата Владимир Сальников никаких авансов не выдавал. По мнению главы ВФП, главный критерий успешности нашей команды – выступление большинства (порядка 60 процентов) пловцов на своем уровне. О какой неудаче можно говорить, если этот рубеж преодолен? Причем, подчеркиваю, в основном зеленой молодежью. Поднявшейся на волне отлаженной программы «Я стану чемпионом!». Она была запущена федерацией 5 лет назад и уже начинает приносить весомые плоды. Аналогичная, напомню, программа действует и в Великобритании, но стартовала гораздо раньше, на предыдущем чемпионате мира почти никак не проявилась, зато к казанскому разбору медалей подоспела. Надеюсь, намек на то, что и наши бойцы водного фронта успеют дозреть к Рио, достаточно прозрачен?
Вход не для посторонних
Помните песню «Не думай о секундах свысока» из культового фильма о Штирлице? Совет дельный. Но в нем вряд ли нуждаются люди из компании Omega, отвечавшей за хронометраж всех турниров чемпионата. Ее девиз – надежность и точность. Следовать ему помогало новейшее оборудование. Вся цифирь, появлявшаяся на табло бассейна или на телеэкранах, поступала с таймера, обладающего фантастической – до миллионной доли секунды – точностью. В путь пловцы отправлялись с блоков, оснащенных системой фиксации фальстарта и акустикой для синхронной подачи сигнала старта. В спорных случаях судьи пользовались записями высокоскоростных видеокамер. Графика на экранах помогала ориентироваться телезрителям. Ту же цель преследовала и виртуальная полоса мирового рекорда. А еще зрители смогли оценить систему Swimming Show, впервые опробованную на Олимпиаде в Лондоне. Для самих пловцов, выступавших на дистанциях 800 и 1500 метров, на дне чаши были установлены счетчики кругов. Раньше в этой роли выступали судьи, стоявшие у стартовых тумб, что отвлекало спортсменов от борьбы. В конце дорожек находились панели касания, позволявшие пловцам «останавливать» свое время и не реагировавшие на колебания воды.
С достижениями по части инноваций меня познакомил генеральный директор Omega Timing Алан Зубрист. Он же проводил меня в центр управления всеми этими чудесами. В перерыве, естественно, между утренней и вечерней программами. В рабочее время вход туда для посторонних был закрыт.
– Чтобы работать на турнирах такого ранга, вашим специалистам тоже, как и пловцам, нужна, очевидно, серьезная подготовка? – спрашиваю Алана.
– Они ее и прошли, набирались опыта постепенно, досконально знают специфику плавания, могут безошибочно действовать в любых, даже нештатных ситуациях. На этом чемпионате, впрочем, таковые исключены.
– К вопросу о специфике. Насколько сложно плавание с точки зрения хронометража и обработки результатов?
– Компьютерам безразлично, что считать, в каком виде спорта. Другое дело – задать им нужную программу. Плавание в принципе не самая сложная разновидность соревнований. В этом смысле гораздо более заковыриста, скажем, легкая атлетика. Когда в одно время на одной арене происходят разные события – бег, прыжки, метания.
– В командной гонке на открытой воде, что удивительно, серебряными призерами стали бразильцы и голландцы. Неужели даже ваш сверхточный таймер не сумел их развести?
– Случай, конечно, уникальный. Я сам был поражен. При желании мы могли бы выдать результаты с точностью до тысячной доли секунды и расставить эти команды по местам. Но правилами это не предусмотрено. И вполне справедливо, считаю…
Голос за кадром
В дележе медалей наши марафонцы участия не приняли. Выше других (на четвертое место) поднялся Евгений Дратцев, а Анастасия Крапивина довольствовалась олимпийской путевкой на «десятке». Тем не менее болельщикам, заполнявшим трибуны водного стадиона на берегу Казанки, знакомство с открытой водой принесло огромное удовольствие. Один антураж чего стоил: с одной стороны – вид на Кремль, с другой – панорама ультрасовременной Казани.
Ключевую же роль в создании привлекательного имиджа этой плавательной дисциплины сыграл, безусловно, человеческий фактор. Включая обилие звезд мировой величины на воде и зажигательный комментарий человека у микрофона – Андрея Кондрашова. Любители спорта хорошо знают его по телерепортажам. А вот на плавании такого ранга он работал впервые. И заслужил благодарность аудитории за погружение в нюансы открытой воды, а потом и закрытой. С Андреем мы знакомы давно, поэтому беседовали на «ты».
– Как получилось, что ты отправился в плавание?
– В общем-то случайно. Хотя плаванием я и раньше интересовался, но больше в контексте триатлона. А произошло следующее. В подмосковном клубе «Романтик» (это на Истринском водохранилище) существует СССР – Союз смелых и сильных романтиков. Там проводится масса турниров (называются они, понятно, чемпионатами СССР) по разным видам спорта, в которых могут участвовать все желающие. Включая, естественно, плавание. Я оказался среди людей, стоявших у истоков этого любопытного движения. А когда на той же базе в прошлом году проходил чемпионат России по плаванию на открытой воде, я не смог удержаться от соблазна его прокомментировать. Причем в таком свободном формате, который не принят в бассейновой классике. Вопреки некоторым опасениям мой эксперимент понравился. В том числе президенту ВФП Владимиру Сальникову. С его подачи и началось мое приобщение к плаванию.
– Которое, надеюсь, этим чемпионатом не завершится?
– Я тоже на это надеюсь. Здесь мне было интересно работать. И главное: я убедился, что некоторые наработки из опыта комментирования других видов спорта могут пригодиться для популяризации плавания. Собственно, ради этого я и принял приглашение приехать в Казань.
– Что нового ты мог бы внести в устоявшуюся и далеко не самую, на мой взгляд, удачную практику комментирования плавания?
– Речь не столько об уровне компетентности комментатора или его темпераменте. Общеизвестно, что самые успешные в коммерческом отношении виды спорта уже давно превратились в шоу, где соревнования сами по себе играют не главную роль. Плаванию в этом плане есть куда развиваться. Будет шоу – будет что комментировать.
– Напрягаю фантазию и представляю плавание со стрельбой. По аналогии с любимым тобой биатлоном, который был рожден в браке лыжных гонок и стрельбы.
– Не уверен, что такой симбиоз возможен. Я имею в виду, что у плавания есть другие резервы для привлечения зрителей. Поясню на конкретном примере. Здесь я работал в контакте с представителем ФИНА, который посвятил меня в правила, которых следует придерживаться. Одно из них меня поразило: нельзя, рассказывая о текущих финальных стартах, упоминать спортсменов, которые выбыли из борьбы. Дескать, внимание публики должно быть сосредоточено на финалах. Но это же нонсенс, возразил я. На трибунах собрались десять тысяч зрителей, из которых абсолютное большинство – россияне. Они заплатили за то, чтобы поболеть за своих. А если их нет на старте, хотели бы знать – почему. Коллега задумался и милостиво разрешил про россиян говорить, но о представителях других стран – ни звука. Между тем среди участников немало пловцов из ближнего зарубежья, которые нашей публике далеко не безразличны. Я уже не говорю о множестве сенсаций, рожденных за рамками финалов. Но это так, частная деталь. В целом же руководство международной федерации нельзя упрекнуть в излишнем консерватизме. Появление смешанных пар в синхроне или смешанных эстафет – шаг в верном направлении.
Текст: Евгений МАЛКОВ. Газета "Плавание для всех" №24
Фото корреспондентов агентства DeepBlueMedia из архива ВФП
