Серебряный призер Олимпиады-2004 в плавании на 200 м на спине Станислава Комарова, независимо от результатов, всегда находится в центре внимания. Комарова снимается для модных журналов, Комарова уезжает тренироваться в Швейцарию к знаменитому Геннадию Турецкому, Комарова возвращается и показывает неплохие секунды. Что происходит в ее жизни в последнее время, Станислава Комарова рассказала в интервью редактору Агентства спортивной информации «Весь спорт» Наталье Марьянчик.
- Стася, на чемпионате России по плаванию в Санкт-Петербурге вы на трех дистанциях второе, третье и четвертое места. Результатом довольны?
- Я расплылась только к последнему дню – к дистанции 50 м. «Сотня» вообще не получилась, 200 м вышли более или менее нормально, но все равно, самочувствие было совсем не то. А вот «полтинник», который я плыть сначала даже не планировала, неожиданно удался. Видимо, мне просто нужно было времени, чтобы отойти от болезни.
- Что это за история с вашим воспалением легких, которое потом не подтвердилось? Ошибка врача?
- В конце января я проплыла на чемпионате Москвы, выполнила олимпийский норматив. Ходила вся такая довольная, думала: «В отличной форме подойду к чемпионату России! А там и чемпионат Европы …». Планы вовсю строила, где и какие секунды буду показывать. Однажды утром проснулась, и чувствую – что-то болит в груди. Ну, я все равно пошла, поплавала. Вернулась с вечерней тренировки, и понимаю, что совсем плохо стало. Меряю температуру, на градуснике – 37. Слава богу, не стала заниматься самолечением, на утро сразу поехала к лору. Она поставила диагноз трахеит – воспаление верхних дыхательных путей, прописала антибиотики. Два дня я их исправно пила, а на третий температура вдруг поднялась до 38,3. Я перепугалась, представляете, такая температура после двух дней антибиотиков! Вызвала районного доктора, он говорит: «Это воспаление легких. 25 дней в больнице, поехали». Я расплакалась: какая больница, мне к соревнованиям готовиться! В итоге, получилась длинная история, но первоначальный диагноз «трахеит» подтвердился – никакого воспаления легких у меня не было. Плавать я начала только за неделю до чемпионата России, так что результаты с учетом всей этой истории вполне нормальные.
- Последнее время вы плаваете и выступаете в России. Это значит, что сотрудничество с Геннадием Турецким прекратилось?
- До мартовского чемпионата Европы точно буду в Москве. Потом, может быть, на месяц съезжу в Швейцарию, но точно – не больше. Да, для тренировок там идеальные условия. Но психологически я так и не могу с собой справиться. Уезжаю, готовлюсь, набираю приличную форму, но стоит хотя бы на несколько дней вернуться домой – и вся накопленная там энергия уходит в общение. Получается, работаешь-работаешь, а результат в итоге сходит на нет.
- Что в жизни в Швейцарии для вас сложнее всего?
- Когда приходишь в пять часов вечера в комнату, и понимаешь, что тебе некуда идти. Темно, на улицах пусто – и не с кем даже поговорить. Я ложилась спать в восемь-девять вечера просто потому, что нечего было делать. Так можно протерпеть неделю, месяц, как-то я продержалась два месяца. Но больше нереально, просто не могу.
- А что советовали ваши родные, близкие?
- Мама хочет, чтобы я всегда была дома, да и другие близкие тоже. Они, конечно, говорят: «Если тебе это надо, если это твоя цель, делай как считаешь нужным». Но я чувствую, что нужна им здесь, рядом. Главное, что теперь я поняла – если хочешь, можно готовиться и в Москве. У нас абсолютное взаимопонимание с тренером Вячеславом Алексеевичем Лукинским. Я уверена, что все будет хорошо.
- Как воспринял ваше решение уехать Геннадий Турецкий?
- Геннадий Геннадьевич не тот человек, который будет настаивать на своем до последнего. Он мне сам сказал: «Выбирай, решай, что тебе надо. Если ты мне сейчас скажешь, что уезжаешь, я приму этот ответ, и ни в коем случае не стану тебя осуждать. Значит, тебе так будет лучше».
- Вы уже сказали Турецкому, что уезжаете?
- Нет, потому что на месяц я еще планирую туда вернуться.
- Тренировки у Геннадия Геннадьевича сильно отличаются? Вы ощущаете прогресс от работы с ним?
- Главное, я чувствую, что он заложил какую-то базу. В Швейцарии я набрала определенный потенциал, а здесь, в Москве, мы его уже поддержали и попытались раскрыть. Но вот отличия, прогресс… Не знаю, мне трудно сказать.
- Планы в отношении Олимпийских игр у вас не изменились?
- Нет, конечно. Последние полгода перед Играми я полностью посвящу себя тренировкам. Пекин – по-прежнему моя главная цель.
- Даже главный тренер сборной России Александр Клоков заметил: «Стася наконец-то взялась за ум».
- Да, у Стаси теперь вообще только плавание на уме! От чего пришлось отказаться? На самом деле, я просто стала более сфокусированной, стала понимать, на что и зачем я трачу время. Думаю теперь, в первую очередь, о плавании, а не о гуляньях (смеется).
- Чемпионат Европы – это первый шаг, оценка вашей подготовки?
- Да, это важный для меня старт. В Голландии я хочу выполнить отборочный норматив на Олимпийские игры на 200 м, до которого мне не хватает меньше секунды. Это будет первый шаг по дороге в Пекин. Надеюсь, удача будет на моей стороне.
